Собственники бывших иностранных активов до сих пор не понимают, какие последствия грозят им за невыполнение KPI, установленного правительственной комиссией. Неясность законодательного регулирования, впрочем, заставляет новых промышленников быть осторожными и не придумывать юридические ходы для обхода требований правительства. Некоторые, опасаясь невыполнения обязательств, даже продают активы более опытным предпринимателям.
KPI предполагается в большинстве сделок, связанных со сменой собственников иностранных активов в России с 2022 года. Как правило, речь идет о требованиях по сохранению производств, персонала и развитию предприятий. Старший менеджер проектов Atomic Capital Денис Маслин рассказал Abn.Agency, что KPI установлен формально не на нового собственника актива, а на купленное им юридическое лицо. Поэтому дальнейшая перепродажа компании обязательств перед правительством не снимает. Несмотря на то, что законодательно последствия невыполнения KPI никак не отражены, собственники предпочитают исходить из худших вариантов.
«На законодательном уровне до сих пор не установлена ответственность за невыполнение KPI, введённых правкомиссией. На первый взгляд может показаться, что это значит отсутствие санкций в случае их нарушения, однако инвесторы предпочитают придерживаться обратной позиции — могут быть применены самые строгие меры, вплоть до полного изъятия актива», — указывает Денис Маслин.
Отметим, что в России уже есть случаи изъятия активов, купленных у иностранцев после 2022 году. Речь идет о складских мощностях холдинга Raven Russia, бенефициарами которого стали Игорь Богородов, Ярослав Шувалов. По версии Генеральной прокуратуры, которая уже выиграла спор об обращении активов Raven Russia в доход государства, новые собственники нарушили законодательство о стратегических предприятиях.
По словам эксперта, часть уже вторичных сделок по продаже иностранных активов может быть как раз связана с опасениями собственников, что KPI они не выполнят. Решением ситуации становится дальнейшая продажа.
«Некоторые иностранные компании, выкупленные отечественным инвестором, уже были перепроданы новому российскому покупателю не столько для того, чтобы зафиксировать прибыль от приобретения бизнеса по вдвое сниженным мультипликаторам, сколько потому, что собственники начали опасаться перспектив нарушения KPI», — поясняет Маслин.
К слову, некоторые компании, ранее принадлежащие иностранцам, успели уже несколько раз сменить своих российских владельцев. В частности, сеть OBI в первый год после продажи меняла собственников трижды, в этом году у регионального подразделения на Северо-Западе также появился новый совладелец. По данным СМИ, новым совладельцем DYI-сети стала «СеверГрупп» Алексея Мордашова.
Еще один интересный тренд, на который обращает внимание старший менеджер проектов Atomic Capital Денис Маслин — это отсутствие юридического творчества в попытке обойти ограничения правкомиссии. По его словам, собственники понимают, что покупка готового иностранного бизнеса со значительным дисконтом была бы невозможна без поддержки государства. Поэтому путей обхода своих обязанностей новые промышленники не ищут.
«Важно чувствовать общий настрой законодателя — за возможность покупки актива международного качества с большим дисконтом государство требует от покупателя гарантий дальнейшего успешного развития предприятия. Вряд ли кому-то будет позволено избежать ответственности за неисполнение своих встречных обязательств перед обществом», — резюмировал Маслин.
Отметим, что в 2024 году число сделок по выходу иностранцев из своих российских активов сократилось. По данным консалтинговой компании Kept, число сделок за прошлый год сократилось вдвое до 59. По сравнению с 2022 годом, показатель упал в три раза (тогда прошло 203 сделки на 11,9 млрд долларов).
