Сбербанк накануне опубликовал сообщение о намерении обратиться в суд с требованием признать одну из компаний группы «Монополия» банкротом. В марте холдинг должен был представить план реструктуризации задолженности перед держателями облигаций, однако инвесторы до сих пор находятся в ожидании. Редакция Abn.Agency вместе с кандидатом юридических наук Александром Баркановым разбиралась, как инвесторы могут защитить свои права.
Законодательство требует, чтобы инициатор банкротства — будь то сам должник, конкурсный кредитор, налоговые органы или работники — предварительно опубликовал такое уведомление в ЕФРСБ. Эта норма призвана защитить интересы всех участников возможного дела о банкротстве и обеспечить баланс прав кредиторов и должника. Однако сама по себе публикация намерения не означает автоматической подачи иска о банкротстве.
«АО «Монополия» обращает внимание, что пока сделанная им публикация — это лишь превентивная формальная мера, однако в ЕФРСБ также внесены сведения о в отношении еще семи входящих в группу компаний юридических лиц, что вряд ли позволяет говорить о восстановлении их платежеспособности в ближайшее время, и что дела о банкротстве точно не будет. Само за себя говорит и то обстоятельство, что же одним из потенциальных конкурсных кредиторов выступает Сбербанк», — считает адвокат Московской городской коллегии адвокатов, кандидат юридических наук Александр Барканов.
В случае неблагоприятного развития развития событий, требования держателей облигаций будут включены в третью очередь кредиторов вместе с требованиями крупных банков. Однако ценные бумаги компании не обеспечены залогом перед каждым держателем облигаций.
«Так, банки, в отличие от держателей облигаций, как правило, являются залоговыми кредиторами и пользуются в деле о банкротстве соответствующими преимуществами: в рамках третьей очереди первыми удовлетворить свои требования за счет залога, приоритет в реструктуризации долга и т.д», — обращает внимание эксперт.
Потенциально владельцы бондов столкнулся и с другими трудностями в рамках процесса. Например, они не могут представлять свои интересы индивидуально, за исключением случаев, когда долг подтвержден судом.
«Действующее законодательство не предполагает отдельного участия владельца облигаций в банкротстве эмитента, возможно участие лишь представителя владельцев всех облигаций, а если он не определен, полномочия конкурсного кредитора возлагают на Национальный расчетный депозитарий. Как показывает судебная практика последних лет, исключением, позволяющим держателю облигаций обратиться с требованиями в деле о банкротстве в индивидуальном порядке, является вступившее ранее в силу судебное решение о взыскании с эмитента по ценным бумагам. Эффективность же введения в дело о банкротстве коллективного представителя сомнительна, поскольку он не наделен обязанностями активного участия в процедуре, оспаривая сделки должника, помогая конкурсному управляющему искать имущество, привлекая контролирующих лиц к субсидиарной ответственности и участвуя в судебных заседаниях. Практика показывает, что вся деятельность представителя владельцев облигаций исчерпывается предъявлением требований в реестр кредиторов», — отмечает Александр Барканов.
В результате держатели облигаций рискуют остаться без реального удовлетворения своих требований в случае банкротства эмитента. Более надежными механизмами защиты интересов, по мнению экспертов, выступают назначение представителя по договору о финансировании его деятельности — такая возможность предусмотрена законодательством о рынке ценных бумаг. Кроме того, полезно формирование инициативной группы кредиторов по облигациям для направления запросов, жалоб и обращений представителю.
