Раскрытие обезличенных данных о сделках на финансовом рынке может снизить стоимость доступа к информации и усилить конкуренцию между разработчиками аналитических сервисов. При этом основную коммерческую выгоду, по мнению опрошенных экспертов, получат компании, которые смогут использовать новые сведения для оценки активов, анализа рисков и создания инструментов для инвесторов. Одним из главных ограничений инициативы остается риск определения участников сделок даже после удаления их названий.
29 октября Банк России сообщил о планах обсудить с участниками рынка публикацию сведений о сделках, которые сегодня доступны не всем в одинаковом объеме. Александр Пересичан, генеральный директор «Технобит», считает, что главная проблема заключается в недостатке информации о фактических условиях внебиржевых операций. Особенно это касается малоликвидных облигаций, стоимость которых сложно оценивать по биржевым котировкам.
«Для оценки корпоративной облигации важно понимать не только ее последнюю биржевую цену, но и по какой цене и с какой доходностью аналогичные бумаги фактически продавались вне биржи», — пояснил Пересичан.
Виктор Емченко, финансовый эксперт, член Российской академии естественных наук (РАЕН), руководитель учебного центра NPB Markets, также обращает внимание на разницу в объеме информации, доступной крупным и небольшим участникам рынка. По его мнению, в первую очередь следует раскрывать цены, объемы, доходность, время заключения сделок и основные условия договоров.
«Для облигаций особенно полезна информация о фактической доходности сделок, а для РЕПО — о ставках и сроках финансирования», — отметил Емченко.
На основе этих сведений разработчики смогут создавать инструменты оценки стоимости облигаций, мониторинга ставок и проверки качества исполнения сделок.
Дмитрий Щукин, независимый финансовый эксперт, практикующий трейдер и автор торговой системы DOLF, видит коммерческий потенциал в сервисах, которые отслеживают необычную активность на внебиржевом рынке.
«Из продуктов я бы начал со скринера, который показывает, по каким бумагам вне биржи объемы торгов внезапно выросли в разы, и с оценки редких облигаций на основе реальных сделок», — рассказал Щукин.
По его расчетам, такой сервис при наличии 300 клиентов с ежемесячной платой 50 тыс. рублей мог бы приносить 180 млн рублей в год.
Расширение доступа к информации может изменить и стоимость финансовой аналитики. Илья Кутнюк, MBA, магистр экономики, предприниматель, частный инвестор, Founder & Author of KIV Methodology, ожидает снижения стоимости исходных данных при сохранении спроса на платные инструменты их обработки.
«Пользователь будет меньше платить за сам массив и больше — за очистку данных, визуализацию, сигналы, модели оценки риска, API и удобное принятие решений», — считает Кутнюк.
Среди возможных продуктов он выделяет карты ликвидности корпоративных облигаций, сервисы сравнения биржевых и внебиржевых цен, модели оценки кредитного риска и инструменты мониторинга нетипичных операций.
Пересичан придерживается схожей позиции. По его мнению, открытие единого массива сведений снизит затраты разработчиков на получение информации, но не обязательно приведет к резкому удешевлению готовых аналитических продуктов. Основная конкуренция сместится в обработку данных и создание инструментов для профессиональных клиентов. При этом оценивать объем нового рынка преждевременно, поскольку окончательные условия раскрытия информации пока неизвестны.
Ярослав Климов, ассистент кафедры гуманитарных наук факультета социальных наук и массовых коммуникаций Финансового университета при Правительстве РФ, считает, что наибольшую коммерческую выгоду могут получить разработчики сервисов для небольших финансовых организаций и корпоративных казначейств. Таким клиентам могут быть полезны инструменты сравнения условий финансирования и оценки рисков.
«Крупные участники тоже получат дополнительный материал для проверки расчётов, но их прежнее преимущество в доступе к информации может сократиться», — отметил Климов. При этом открытые сведения сами по себе не гарантируют инвесторам прибыль.
Отдельный вопрос — периодичность публикации данных. Климов напомнил, что с сентября Банк России раскрывает сведения о внебиржевых рублевых процентных свопах еженедельно, с задержкой в семь календарных дней. По его оценке, подобный режим подходит для аналитических расчетов и управления рисками, но ограничивает использование информации в оперативной торговле. Щукин также предлагает различать инструменты по ликвидности: сведения об активно торгуемых бумагах публиковать быстрее, а по редким сделкам предусмотреть задержку и раскрывать объемы диапазонами.
Главным риском эксперты называют возможность определения участников операций по косвенным признакам. Даже без названий компаний сочетание точной даты, объема и характеристик инструмента может указывать на конкретную сделку.
«Одна обезличенная сделка ничго не говорит, а если цепочка покажет, что кто-то третий день набирает позицию, для трейдера это готовый сигнал», — предупредил Щукин.
Пересичан предлагает объединять операции с малоликвидными инструментами за более продолжительные периоды, а точные суммы заменять диапазонами.
Кутнюк также выступает за более сильное агрегирование сведений на рынках с низкой ликвидностью. Емченко считает необходимым сохранять закрытыми названия компаний, банков и клиентов, а для крупных операций предусмотреть дополнительные ограничения по времени и объему раскрытия. Климов, в свою очередь, обращает внимание на необходимость единой методики учета сделок, исправлений и расторжений договоров.
Окончательный перечень и формат раскрываемой информации пока не определены. По словам Климова, предложения по инициативе Банка России принимаются до 1 декабря. Эксперты связывают дальнейшие возможности аналитических сервисов с тем, насколько подробными и оперативными окажутся публикуемые сведения и какие ограничения будут предусмотрены для защиты участников рынка.
