Анна Щетникова, директор управления развития бизнес-проектов Paygine – о том, зачем крупнейшие экономики тестируют цифровые валюты центральных банков, и какое значение это имеет для российской платежной системы будущего.
Традиционная платежная инфраструктура устаревает и теряет эффективность. Именно поэтому крупнейшие экономики мира, включая Россию, тестируют и развивают альтернативные решения – цифровые валюты центробанков, платежные мосты и так называемые интероперабельные платформы. Их общий технологический вектор нацелен на то, чтобы снизить издержки за счёт сокращения числа посредников, а также сделать условия максимально прозрачными, фиксируя курс обмена в момент транзакции.
Согласно глобальной статистике Airwallex и Центра экономических и бизнес-исследований (CEBR), по всему миру МСБ ежегодно теряет порядка $330 млрд оборотного капитала из-за тайных наценок на обменный курс и неэффективных платежных маршрутов. Причем подавляющая часть стоимости (87,5%) приходится именно на валютные спреды и скрытые межбанковские комиссии, а не на открыто декларируемые тарифы. Банки не раскрывают курсы конвертации в момент платежа, бизнес узнает финальную стоимость транзакции уже постфактум. А это, в свою очередь, ведет к недоплате по контрактам.
Расходы крупных корпораций имеют иную структуру. Прямая стоимость транзакций может быть низкой, но бизнес несет убытки за счет простоя финансов на корреспондентских счетах. Согласно расчетам Visa, по миру единовременно заморожены до $330 млрд оборотного капитала. Это результат фрагментированности банковских систем. Так, аналитики SWIFT признают, что сеть может задерживать 60% трансграничных платежей в среднем на 200 часов, а три четверти транзакций нуждаются в ручной проверке. Помимо этого бизнес, вне зависимости от своего размера, несет повышенные издержки при торговле в валютах Африки, Латинской Америки, Юго-Восточной Азии и СНГ. Согласно McKinsey, совокупная стоимость транзакции (ступенчатая конвертация плюс наценки банков-посредников) составляет 3-5% от суммы сделки, а в отдельных коридорах до 7%.
Таким образом, проблема снижения рентабельности сделок из-за стоимости переводов не является локальной – она глобальна и системна, однако для российских компаний она стоит особенно остро. Из-за санкций прямые международные платежи теперь проходят длинную цепочку посредников: платежных агентов и локальных банков в нескольких юрисдикциях. Аналитика Paygine говорит о том, что их совокупная наценка составляет примерно 3-4%. Кроме того, новое давление на маржинальность российских компаний создала стоимость международных операций через НСПК (Национальную систему платежных карт), которая, по нашим данным, выросла более чем втрое за два года. Но самым недооцененным риском остается непрозрачная конвертация, которая создает вторую часть неоправданно высоких наценок на трансграничные платежи российских компаний – не меньшую, чем комиссии посредников.
Переход к платежной системе будущего назрел давно, и Россия активно встраивается в мировые тренды финтеха. Бизнесу стоит учитывать открывающиеся возможности и сокращать расходы уже сейчас с помощью новых платежных коридоров.
Не просто «замена SWIFT»
Государственные цифровые валюты (CBDC) создаются как инъекция эффективности для традиционной платежной инфраструктуры. На сегодняшний день их можно назвать абсолютно глобальным трендом: 146 государств, которые обеспечивают 98% мирового ВВП, занимаются внедрением CBDC на разных стадиях. Все страны G20, кроме США, далеко продвинулись в разработке цифровых валют, из них 14 запустили пилотные проекты, наиболее масштабный из которых – цифровой юань e-CNY.
Международная платежная инфраструктура (mCBDC) для операций с цифровыми валютами только складывается, но уже сейчас в первых контурах она показывает колоссальные эффекты. Например, проект взаимодействия mBridge, курируемый центробанками Китая, ОАЭ, Таиланда, Гонконга и КСА, позволяет бизнесу из разных стран совершать трансграничные платежи за несколько секунд – вместо привычных 3-5 дней. Согласно данным Института цифровых валют КНР, трансграничные издержки в mBridge снижаются на 50%.
Если верить прогнозам крупных аналитических центров, то в перспективе пяти лет в мире сложится полноценная альтернативная финансовая система. По данным Juniper Research, к 2031 году количество CBDC-транзакций вырастет тысячекратно, до 7,8 млрд (для сравнения: в 2024 году – 307 млн). Ежегодный объем платежей превысит $213 млрд уже к 2030 году, тогда как в 2023 году, на старте массовых пилотов, он составлял всего $100 млн.
Одновременно будет повышаться инвестиционная привлекательность самих национальных валют и связанных с ними цифровых решений. Вместе со стейблкойнами (криптовалютами со стабильным курсом), отрасль CBDC вырастет с $217 млрд в 2025 году до $2,9 трлн к 2034 году, прогнозируют The Insight Partners. А узкая ниша кошельков для CBDC, согласно Intel Market Research, к тому же времени увеличится в 4 раза и составит $5,8 млрд.
Несмотря на то, что изменения в финансовой системе назрели давно, именно санкции против России дали им сильный импульс. Количество проектов CBDC, ориентированных на крупную торговлю, за это время удвоилось. Объем транзакций на mBridge подскочил до $55,5 млрд – рост в 2 500 раз по сравнению с первыми пилотами 2022 года. Свои национальные цифровые валюты сейчас разрабатывают все 11 стран БРИКС во главе с локомотивом – Китаем, чей объем сделок через цифровой юань составил $2,3 трлн.
Россия также активно тестирует пилот цифрового рубля, планы на который включают его интеграцию в систему международных расчетов. Стратегия предполагает как создание двухсторонних шлюзов, например с e-CNY, так и присоединение к платежным мостам уровня BRICS Bridge и mBridge.
Развитие традиционных финансов: токенизация депозитов
Проект mBridge стал новой самостоятельной ступенью в эволюции мировой финансовой системы, но также триггером для появления конкурирующих проектов. Например, Atlantic Council отметил явный геополитический смысл запуска Project Agora, который не только объединил центробанки на одной платформе, как mBridge, но также расширил механизм на крупные коммерческие банки для работы в единой экосистеме. В проект вошли 7 центробанков и 40 крупных частных финансовых организаций, представляющих ядро западной финансовой системы.
Инновационная суть Project Agora заключается не в создании платформы обмена цифровыми валютами, а в усовершенствовании существующей банковской системы путем токенизации депозитов. Традиционно банки замораживали суммы для проведения оптовых трансграничных платежей, но объединение резервов на единой платформе позволило отказаться от этой практики.
Во-вторых, проект предусматривает систему автоматизированного комплаенса (проверок легальности денег и юридических лиц) и интеграцию этого процесса в момент транзакции. Это закрывает один из самых главных недостатков классической системы трансграничных платежей для западных корпораций: «зависание» ликвидности в разных юрисдикциях и ручной характер проверок. Среди доказанных эффектов прототипа Project Agora – наращивание скорости мультивалютных транзакций до секунд вместо дней и даже недель. Вместе с тем, возрастают и киберриски, что усиливает давление на бизнес в части обязательных аудитов безопасности.
Если подытожить прогнозы для финансовой системы будущего, то рынок движется не к отмене традиционных валют, а к их комбинации с альтернативными платежными средствами, а также созданию конкурирующих глобальных платформ взаимодействия.
Как адаптироваться прямо сейчас
Российскому бизнесу стоит готовиться к одновременному взаимодействию с несколькими форматами. Уже сейчас процессы должны быть выстроены так, чтобы можно было оперативно переключаться между разными каналами. Например, комбинировать платежные мосты CBDC и классические транзакции с альтернативными инструментами, в частности трансграничными QR-платежами (как локальных операторов, так и гигантов вроде Alipay и WeChat Pay).
Компаниям важно анализировать не только комиссии, но и курсовые условия. Выбор провайдера, который привязывает курс обмена к бенчмарку и фиксирует его в момент перевода – это абсолютный минимум, учитывая весь актуальный вектор развития финансов. Необходимо также одновременно усиливать и службу кибербезопасности, и готовить внутренние системы ERP к интеграции с внешними финансовыми решениями – будущее эффективности лежит именно здесь.
Скорость и предсказуемость стоимости транзакций станут важным параметром борьбы за маржинальность в турбулентной среде. Критическая задача сейчас – радикально сократить число посредников, взять под контроль потери на курсах, автоматизировать сделки. Российский бизнес, который перейдет на гибридную финансовую инфраструктуру с участием цифровых валют в течение 2026-2027 годов, получит преимущество раннего доступа к недорогим платежным коридорам.
