В преддверии выборов президента Америки АБН публикует рецензии на книги кандидатов на этот пост. Первая — о том, зачем Хиллари Клинтон вообще писала книгу «Тяжелые времена» (М.: Эксмо, 2016), о каких странах она в ней успела рассказать, а также как справиться с чтением труда объемом в 736 страниц.
Когда Хиллари Клинтон писала свои «Тяжелые времена» (так перевели название Hard Choices), она наверняка знала, что тяжелее еще будет. Вне зависимости от исхода выборов, кампания далась ей нелегко: переписка, пожертвования в фонд Клинтонов, помощница-мусульманка, снова письма, пневмония (а следом и еще десяток мнимых заболеваний), обвинения в политической коррупции и в сотый раз письма. Тяжело, но интересно. Чего нельзя сказать о книге Клинтон – чтиво, безусловно, тяжелое, но интересное ли — вопрос.
От автобиографий и мемуаров всегда ждешь не столько фактов, сколько механики мысли, мотивации поступков и оправдания неоднозначных шагов, признания ошибок. И образа мира, который есть в голове у автора. Все это, конечно, есть в книге Хиллари Клинтон, но искать надо с пристрастием и дюжим терпением. Слишком многословна автор, а причина тому, пожалуй, утилитарность опуса.
| Простой человек Дональд Трамп |
В отличие от Дональда Трампа, который просто переиздал свои ранние «труды», Хиллари написала увесистый том (более 700 страниц в русском переводе) с единственной целью – доказать, что она как никто другой компетентна и подготовлена для роли президента великой державы. Первым этот тезис в книге озвучивает Барак Обама, который уговаривал-уговаривал Клинтон возглавить Госдепаратамент. И уговорил. А ведь та поначалу – ну никак.
«Мой ответ все еще был «нет». Избранный президент отказался принять его. — Я хочу вашего согласия, — настаивал он. – Вы – наиболее подходящая кандидатура для этой работы.
Он дал понять: он не примет отказа. На меня это произвело впечатление», — пишет Клинтон.
И далее объясняет, почему «сдалась». «Чем больше я размышляла об этом, тем больше я понимала, что избранный президент был прав. Перед страной стояло множество проблем, как внутренних, так и внешних. И Бараку был необходим государственный секретарь, который мог бы сразу приняться за дело: решать те международные проблемы, которые мы унаследовали».
Автор разрабатывает эту плодородную поляну, апеллируя (хоть и косвенно) к тезису «Если не Клинтон, то кто». Никогда в истории США еще не было более подготовленного человека для работы президентом – ключевой тезис нынешней кампании и главная идея книги. Вот только с доказательствами у госсекретаря не все гладко: решить «те международные проблемы, которые США унаследовали», судя по книге, получилось не очень.
Каждая часть мемуаров посвящена проблеме (чаще всего – региональной), которую решала Хиллари Клинтон в Госдепартаменте. Самая значимая и с исторической, и с электоральной точки зрения, глава – ликвидация Бен Ладена. Экс-госсекретарь подробно рассказывает, как сидела вместе с высшим руководством США в западном крыле Белого дома, как наблюдала в прямом эфире по видеосвязи ликвидацию Бен Ладена. Она подробно излагает предысторию вопроса, и тут уж ей есть чем козырнуть. Используя мотив национального унижения 11 сентября, пересказывая свои чувства в тот день, она не забывает напомнить о своей помощи жителям Нью-Йорка в качестве сенатора. Здесь же и об антитеррористической работе Клинтон в Госдепартаменте. А именно – о перипетиях взаимоотношений с Пакистаном, где и ликвидировали Бен Ладена. Клинтон опять использует экскурс в историю – Пакистана. Есть в книге место и диктатуре Мушараффа, и убийстве Пхутто, и воспоминаниям о визите в качестве Первой леди. Нет в этой главе только одного: четкого рассказа о конкретном вкладе Клинтон в ликвидацию террориста номер один. И единственный яркий момент в этой части – подготовка к самой операции. О готовящемся возмездии знали единицы. И когда Обама позвонил Биллу Клинтону поздравить его с успехом операции и начал словами «Я полагаю, что Хиллари уже сообщила вам…», выяснилось: она не сообщала ничего. Тоже достижение.
Остальные успехи Клинтон еще скромнее. Вот она подробно описывает свои усилия по достижению мира на Ближнем Востоке. Большую часть времени госсекретаря в этом вопросе заняли попытки убедить Израиль остановить строительство новых поселений на западном берегу Иордана в период переговоров (это было условие палестинцев). В ноябре 2009 года это удалось – строительство остановили на девять месяцев. Но все это время контакты двух сторон не шли – продолжались лишь многосторонние переговоры о том, чтобы диалог палестинцев и израильтян состоялся. К тому моменту, когда компромисс достигли, до конца моратория на поселения оставался месяц. И это, в общем-то, конец истории.
Арабская весна тоже не выглядит победой Клинтон – были осторожными в Египте, не сдавали Мубарака. Сдали Мубарака, поддержали Мурси. Мурси свалили – работают с ас-Си-Си. Однако автор выгодно использовала ситуацию для декларации демократических принципов, для очерчивания границы: до каких пор недемократический сукин сын остается для Штатов своим. По словам экс-госсекретаря, сотрудники ее ведомства сопереживали египетской революции с первых дней – они сочувствовали стремлению арабской молодежи к свободе. И Клинтон подчеркивает: Америка была обязана поддержать революцию, потому что негоже говорить о свободе, но не содействовать ей. Впрочем, Мубараку администрация США все равно была благодарна, и вообще вела себя в этой истории осторожно. Максимум, что пытался сделать Госдеп – простимулировать арабского товарища к добровольному уходу для сохранения лица. Но и тут очко не упало в копилку Клинтон: Мубарак ушел, когда не уйти было уже нельзя не для сохранения лица – для сохранения жизни.
Россия, которая сейчас чуть ли не в центре предвыборной кампании, в книге занимает не столь много места. Подкованный читатель хотел бы найти в этой книге ответ, почему не удалась «перезагрузка». И, в общем-то, находит – смена российского президента. Путин слишком зациклен, по мнению Клинтон, на восстановлении Советской Империи, на влиянии России в Средней Азии. А еще – старые схемы, мол, геополитика – игра с нулевой суммой, и если кто-то проигрывает, то другой выигрывает. Новая нормальность же другая, уверяет экс-госсекретарь: обе стороны могут остаться в выигрыше.
Личных характеристик Путина здесь не так много. Но есть место любопытной беседе о спасении дикой природы. Российский лидер увлеченно рассказывал об амурских тиграх. Нет, действительно – увлеченно. А потом и вовсе предложил Биллу Клинтону съездить на Землю Франца Иосифа посмотреть на белых медведей. Клинтон и сама была не прочь, да вот беда – поездка так и не состоялась из-за плотного графика. А еще Путин рассказывал Клинтон, как его отец в годы войны вернулся на побывку домой. И застал свою супругу (мать Путина) в бессознательном состоянии, ему сказали, что она мертва. Он взял ее на руки и понял: нет, жива. Так он ее и выходил. Это, считает Клинтон, «проливает свет на формирование его личности и на страну, которой он руководит. Он постоянно испытывает вас, проверяет вас на прочность».
«Перезагрузка» испытания временем не вынесла, признает ее архитектор. Но, добавляет, все равно принесла свои плоды. Это и резолюции Совбеза по Ливии, Северной Корее и Ирану, открытие коридора для поставок в Афганистан, сокращение вооружений. После Крыма такого сотрудничества нет, и Клинтон об этом сожалеет. В конце своей главы она обращается к читателю, и читатель этот, похоже, один: подумайте о тех торговых соглашениях, в которых могла бы принять участие Россия, о научном сотрудничестве, о строительстве собственной Кремниевой долины, «как того хотел Медведев».
Собственно, большинству читателей из России после этой главы книга станет неинтересной, такой уж калейдоскоп других стран начинается. Тут Латинская Америка, в которой есть демократы и демагоги (первые в Мексике, вторые – в Венесуэле), Африка, которая никак не может выбрать, воевать ей или развиваться. Израненный Судан, пиратская Сомали, а ВИЧ – по всей территории, и Мандела лидер. Арабская весна, Оман, Бахрейн и заварушка в Ливии как прелюдия к главному.
Бенгази. Рассказ о гибели американских дипломатов в предвыборной книге Клинтон обязателен. В деталях госсекретарь описывает не только произошедшее, не только свое потрясение, но и свое оправдание. Если коротко: все было сделано по инструкции, а одной из причин нападения на посольство стал фильм «Невинность мусульман» и шире – исламофобия. И так, подчеркивает автор, считает не только Клинтон, но и газета Times, чтобы там ни говорили республиканцы в конгрессе.
Разумеется, есть в книге и про Иран, и про Китай. И про зеленую энергетику тоже. Про роль женщин, про тайное фотографирование с госсекретарем без никабов. Но все прочитанное не цепляет (как вероятно, не цепляет и уже пересказанное автором рецензии). Политика в изложении Клинтон предстает делом довольно скучным и техничным. Порой кажется, что скучно и ей самой – столь разительно отличается характер описания стран и континентов периода первой леди и периода госсекретаря (а Клинтон почти всегда повествует с 1990-х). Лишь под финал эмоции автора прорываются – когда речь заходит о матери, о собственной дочери и… о возможности выдвинуться на пост президента снова.
«Время снова принимать трудные решения скоро опять наступит», — заключает Хиллари. «А за ним и время читать трудные книги», — добавит читатель.
Василий Романов / АБН
