Возможное вхождение Сбербанка в капитал отдельных проектных структур группы «Самолет» может изменить распределение денежных потоков и долговой нагрузки внутри группы. По данным «Коммерсанта», банк и девелопер обсуждают изменение условий кредитования, в том числе возможность участия Сбербанка в капитале структур, реализующих проекты на его проектном финансировании.
Дмитрий Исаков, основатель и генеральный директор инвестиционной платформы Lender Invest, считает, что для держателей облигаций ключевым станет вопрос о том, останется ли корпоративный долг на уровне холдинга после изменения структуры владения проектами.
«По существу при таком сценарии корпоративный долг остается у холдинга целиком, а денежный поток проектов частично уходит банку. Поэтому новость для облигационеров хуже, чем для акционеров», — заявил Исаков.
По его словам, результат для кредиторов будет зависеть от того, предусматривает ли возможная сделка сокращение обязательств группы.
«Если холдинг при этом освободят от обязательств по проектным кредитам и сократят его собственный долг, облигационеры от сделки выиграют. Если нет, стоимость просто перераспределится от них к банку», — отметил Исаков.
Светлана Васина, генеральный директор Conomica (ООО «Кономика»), также обращает внимание на то, что переход контроля над проектами не означает автоматического сокращения задолженности.
«С точки зрения снижения долговой нагрузки важно различать реструктуризацию долга и изменение структуры владения активами. Передача проекта или доли в проектной компании сама по себе не уменьшает размер обязательств девелопера», — рассказала Васина.
По ее словам, реальное снижение долга возможно только при определенной структуре сделки.
«Реальное снижение долговой нагрузки возникает, если в результате сделки часть долга погашается, конвертируется в капитал, либо происходит реализация актива с направлением выручки на погашение обязательств», — отметила Васина.
Наталия Брайловская, девелопер, архитектор-градостроитель, генеральный директор ООО «АрхПро», считает, что эффект для долговой нагрузки также зависит от качества активов, которые могут перейти банку.
«Снижает ли это долговую нагрузку — зависит не от факта передачи доли, а от того, что именно передаётся. Если банку переходит доля в проекте с положительной остаточной стоимостью (земля, разрешительная документация, степень готовности), это реальное облегчение для застройщика», — заявила Брайловская.
При менее благоприятном состоянии передаваемых проектов, по ее мнению, результат может быть другим.
«Если передаются проекты с уже съеденной маржой из-за роста себестоимости и удорожания фондирования — эффект скорее косметический, долг перекладывается, а не гасится», — добавила Брайловская.
Екатерина Авдеева, председатель Совета директоров корпорации недвижимости «АСТОРИУС», прямо указывает на возможные последствия жесткого сценария для инвесторов в облигации.
«Это вынужденный шаг, чтобы стабилизировать финансы и не потерять доступ к проектному финансированию. В жёстком сценарии банк получит прибыльные строительные структуры, материнская компания лишится денежных потоков, а инвесторы в облигации могут пострадать», — отметила Авдеева.
При этом, по ее словам, банки сами стремятся не накапливать непрофильные активы.
«Сбер минимизирует риски и получает контроль над финансируемыми проектами. Банки не заинтересованы в непрофильных активах и стараются реструктурировать долг, доведя нагрузку до комфортного уровня», — заявила Авдеева.
Юлия Камалова, старший преподаватель Кафедры информационных технологий Факультета информационных технологий и анализа больших данных Финансового университета при Правительстве РФ, также связывает последствия для держателей облигаций и других инвесторов с условиями возможной сделки.
«Для держателей облигаций и акционеров последствия определяются условиями сделки. Обмен долга на капитал в проектных компаниях может привести к размыванию существующих пакетов акционеров и снижению стоимости их участия», — рассказала Камалова.
Она также отмечает возможные риски для других кредиторов.
«Кредиторы, чьи требования не обеспечены залогом, могут столкнуться с проблемами с приоритетом удовлетворения», — отметила Камалова.
Таким образом, все опрошенные спикеры связывают последствия возможной сделки прежде всего с ее конкретными условиями. Сам переход проектов или долей под контроль банка не означает автоматического уменьшения обязательств: для оценки положения держателей облигаций важно, будет ли часть долга погашена или конвертирована и какие денежные потоки останутся на уровне холдинга.
