Виталий Попов, директор департамента реализации инфраструктурных проектов «Софтлайн Решения» (ГК Softline), о том, ускорят ли субсидии внедрение ПО и что действительно мешает рынку
Минпромторг объявил дополнительный отбор заявок на субсидии для предприятий обрабатывающих отраслей – на компенсацию затрат на внедрение российского ПО, программно-аппаратных комплексов и средств защиты информации. Максимальный размер поддержки – до 300 млн руб. на проект; подать заявку могут компании со штатом от 40 человек и выручкой от 200 млн руб. Мера выглядит значительной. Но вопрос в том, на каком этапе сейчас отрасль и могут ли эти деньги действительно ускорить внедрение.
Крупные предприятия – нефтехимия, машиностроение, ОПК – базовый этап в целом уже прошли. Те, кто оказался в контуре критической инфраструктуры – осознанно или нет, – перешли на российские операционные системы и СУБД. Где-то, например, переводили 1С с SQL Server на PostgreSQL, пробовали платформы виртуализации. Российские решения в сфере информационной безопасности используются достаточно широко – здесь рынок чувствует себя уверенно.
Движение дальше тоже есть. Отдельные заказчики смотрят в сторону российских ERP- и MES-систем, некоторые доходят до инженерного ПО – пробуют искать замену AutoCAD. Процесс идет, но назвать его быстрым нельзя. Исторически сложившиеся системы так просто не заменить – это горизонт не пяти, а скорее десяти лет, при учете технологической возможности перехода и самого процесса перехода.
И здесь проявляется ключевое ограничение: зрелость внедрения пока остается невысокой. Когда компания заявляет курс на цифровой суверенитет, на практике он чаще всего ограничивается информационной безопасностью, офисным ПО и базовой инфраструктурой. Дальше начинаются длинные и дорогие проекты, и здесь же обнаруживается дефицит отраслевых решений именно для обрабатывающей промышленности. Плюс текущая стоимость денег. В этой ситуации бизнес нередко делает прагматичный выбор: фокусироваться на операционной деятельности. Поскольку при расчете ROI всего проекта многие задаются вопросом: «А зачем нам это?».
На этом фоне субсидии до 300 млн руб. выглядят как серьезный стимул. Они снимают главный барьер – финансовый, и позволяют целиться в крупные проекты без мгновенной нагрузки на бюджеты. В этом смысле дополнительный отбор действительно может ускорить внедрение, особенно в обрабатывающих отраслях, где цифровая зрелость влияет на производительность, устойчивость компании и, в какой-то мере, на технологический суверенитет.
Однако сами по себе субсидии проблему не решат. Компании пока варятся в собственном соку: опыт не становится отраслевой практикой, не тиражируется и не формирует понятной модели внедрения. Здесь важно не только финансирование. Если субсидии дополнить внятной методологией перехода, отраслевыми стандартами с проверкой совместимости, механизмами переиспользования опыта – это даст реальный толчок. Потому что тогда появляется уверенность и срабатывает простая логика: если похожее предприятие уже прошло этот путь, значит, он реализуем. А когда это еще и частично оплачивается государством, решение принимать гораздо проще.
В этом смысле текущая мера – тот самый «пряник». Но ее эффект будет ограничен, если она останется разовой. Существенный сдвиг возможен только в том случае, если субсидии станут частью более широкой, управляемой системы внедрения. А в любой системе есть не только поощрение, но и ответственность. И здесь ключевой вопрос: каким будет кнут?
