Top.Mail.Ru
Гражданин НАТО Михаил Скигин, похоже, зашел в тупик в корпоративном конфликте за ПНТ - Агентство Бизнес Новостей

Гражданин НАТО Михаил Скигин, похоже, зашел в тупик в корпоративном конфликте за ПНТ

BaltPhoto

Корпоративный конфликт за «Петербургский нефтяной терминал» завершился для иностранных совладельцев компании в петербургском арбитраже проигрышем. Все ключевые решения суд вынес в пользу семьи Васильевых и действующего руководства терминала. Но гражданин Германии Михаил Скигин, который и инициировал судебные процессы, планирует оспорить все выводы в апелляции. Пока в борьбе за будущее стратегического важного для экономики России актива наметился небольшой перерыв, редакция напомнит, важные нюансы противостояния гражданина страны НАТО Михаила Скигина и российских собственников терминала.

В 2022 году владелец 50% акций АО «ПНТ» Сергей Васильев передал их супруге Елене, с которой живет более 30 лет. Васильева также возглавила и совет директоров терминала. Она же курирует и модернизацию инфраструктуры ПНТ в «Большом порту Санкт-Петербург», первый этап которой оценивается в 5 млрд рублей. Михаил Скигин и члены его семьи после пертурбаций сохранили места в совете директоров компании. Но в 2023 году начали через суд оспаривать чуть-ли не каждое решение руководства.

Судебную кампанию против ПНТ Скигины начали с оспаривания права Сергея Васильева распоряжаться собственными акциями. На процессе юристы Скигиных усомнились, что 50% Елена Васильева получила безвозмездно и требовали признать права собственности за кипрском офшором Tujunga. Васильева в свою очередь в интервью «Деловому Петербургу» указывала, что иск противоречит положениям Семейного кодекса.

«Этот иск против меня настолько противоречат семейному кодексу и правоприменительной практике, что я вообще удивляюсь, что судьи продолжают рассматривать это дело», — рассказывала Васильева в интервью.

В итоге заявление вернули авторам. Но иностранные акционеры ПНТ на этом не остановились. Сначала они пытались оспорить едва ли не каждое решение совета директоров терминала, куда входит Михаил Скигин. И даже добились временного запрета на проведение годового собрания акционеров ПНТ. А к концу года снова подали иск об оспаривании легитимности Васильевой как руководителя и совладелицы терминала.

Интересно, в ходе судебных тяжб, руководство ПНТ решило выяснить, имеет ли в принципе Михаил Скигин право называться совладельцем компании. Долгое время в Петербурге принято было считать, что собственником 50% акций «Петербургского нефтяного терминала» владеет компания Tujunga. А она в свою очередь связана с Михаилом Скигиным и членами его семьи. Однако у самой компании документального подтверждения этого не было, хотя актив входит в число стратегических и обязан знать не только своих акционеров, но и бенефициаров. Как рассказывала Елена Васильева в интервью «Деловому Петербургу», последний раз  Tujunga открывалась перед партнерами в 2022 году, а вот в 2023, чтобы узнать, кто стоит за компанией, ПНТ пришлось идти в суд. В ходе заседаний юристы Tujunga чуть ли не настаивали на том, что российские партнеры Скигина по бизнесу должны верить на слово – никаких изменений у Tujunga не произошло. Вот только предоставлять в суд подтверждающие этот тезис документы, кажется, не особо спешили. 

«В арбитражном суде предприятие требует раскрыть полный список бенефициаров компании Tujunga и представить документы, подтверждающие владение акциями АО «ПНТ». Ни один из публично доступных сервисов проверки иностранных контрагентов не подтверждает право Скигиных участвовать в работе АО «ПНТ». Хотя мы больше года честно пытаемся получить хоть одну выписку», — говорила Елена Васильева в интервью.



В итоге только после атаки БПЛА на ПНТ в январе текущего года юристы Скигиных принесли документы. Но всю цепочку владения компаниями и трастовыми фондами, которая привела бы в итоге к гражданину Германии, кажется, не предоставили до сих пор.

Также в ходе корпоративного конфликта руководству ПНТ удалось получить подтверждение в суде, что действия кипрского офшора и его бенефициаров могут нанести ущерб предприятию. Так, судья Сюрина прямо указывает в своем решении, что требования Tujunga признать нелегитимным совет директоров АО «ПНТ» и лишить его полномочий не имеют под собой оснований. А представители компании и семьи Скигиных умалчивают на процессе существенные факты. Дело в том, что еще летом 2023 года Скигины добились наложения на компанию обеспечительных мер. Руководству ПНТ, к примеру, было запрещено проводить собрание акционеров, на котором планировалось согласовать новый топ-менеджмент компании и выделение финансирования на модернизацию терминала. Запрет наложила судья Сюрина. Но уже в конце прошлого года в рамках другого процесса юристы Tujunga попросили Сюрину признать недействительными ряд решений совета директоров. Ссылались они как раз на тот факт, что срок их полномочий истек. Но представитель фемиды поняла, иск может быть мало связан с отстаиванием законных интересов акционеров ПНТ.

«Именно действия Скигина Е., Скигина М.Д., позицию которых полностью разделяет истец Компания Туджунга Энтерпрайзиз Лимитед, фактически лишили АО «ПНТ» возможности избрать новый легитимный совет директоров путем направления в суд требования о наложении указанных выше обеспечительных мер. При этом, будучи осведомленным о сложившейся ситуации, истец в исковом заявлении указывает на то, что совет директоров утратил полномочия «не из–за уменьшения численного состава, а из–за того, что годовое общее собрание акционеров в установленный пунктом 1 статьи 47 Закона об АО срок не проведено», умалчивая при этом о том, что лицами, ответственными за непроведение данного собрания является не действующий совет директоров, а Скигин Е., Скигин М.Д. с согласия истца <…>  Суд считает действия Компании Туджунга Энтерпрайзиз Лимитед по подаче в суд настоящего иска и попытке наложить и в данном деле обеспечительные меры в виде запрета проведения внеочередного общего собрания акционеров, очевидно недобросовестными, совершенными со злоупотреблением правом, направленными на создание необоснованных препятствий для осуществления АО «ПНТ» своей законной деятельности», — указано в решении суда.

Примечательно, что о препятствиях для работы ПНТ, которые создают иски иностранных акционеров ПНТ, еще летом прошлого года говорила в интервью глава совета директоров терминала Елена Васильева. В ноябре она подчеркивала – суды не нашли ничего противозаконного в работе топ-менеджмента. Несмотря на масштабное судебное противостояние, ПНТ удалось не только сохранить в прошлом году темпы модернизации инфраструктуры, но и существенно увеличить свои финансовые показатели. Более того, суд в конце 2023 года признал полностью легитимным собственником и руководителем компании Елену Васильеву. Правда, сейчас Скигины вместе с офшором Tujunga пытаются оспорить выводы Фемиды в апелляционной инстанции. Хотя арбитражный суд Петербурга признал, что Сергей Васильев имел полное право распоряжаться своими акциями АО «ПНТ», в том числе передавать их супруге, с которой живет больше 30 лет.

На фоне проигранных исков Скигин, кажется, начал подчищать информацию о конфликте, который начался на «Петербургском нефтяном терминале» по его инициативе, а также часть информации о своем иностранном гражданстве. Из поисковой выдачи пропали не только упоминания о судебных претензиях Скигина к ПНТ, но даже дата его рождения. Из поисковой выдачи по закону «о праве на забвение» пропадает и факт наличия у него иностранного гражданства страны НАТО, которая отказывается признавать рекордные результаты поддержки Владимира Путина на выборах президента России и является основным драйвером поддержки Украины в Европе. Впрочем, неудивительно, ведь можно догадаться, из какой страны на ПНТ мог прилететь беспилотник, который, по словам самого Скигина, мог нанести большой ущерб всей Балтике.

При этом интересно, что ранее  Скигин открыто рассказывал о своих сторонних бизнесах. К примеру, компании гражданина Германии отвечали за поставки велосипедов Electra в Россию. На Скигина же были оформлены доли в  нескольких компаниях в Британии, которые, предположительно, связаны с этим бизнесом. Однако в 2024 году его фамилия, как следует из данных британского ЕГРЮЛ, пропала из числа собственников. В истории компании указано, что выход совладельцев из бизнеса произошел в добровольном порядке. Сейчас узнать можно только имя директора.